Четвертый удел Пресвятой Богородицы

Официальный сайт Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря

Обитель преподобного Серафима О цели христианской жизни. Беседа преп. Серафима с Н. А. Мотовиловым Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря

Надобно всегда терпеть и все, что бы ни случилось, Бога ради, с благодарностью. Наша жизнь — одна минута в сравнении с вечностью; и потому недостойны по Апостолу страсти нынешнего времени к хотящей славе явитися в нас (Рим. 8, 18).

Преподобный Серафим Саровский

Адрес монастыря

607320, Нижегородская область
Дивеевский район
с. Дивеево
Серафимо-Дивеевский монастырь

Почтовая канцелярия
(информация о требах)
8 (831-34) 4-20-10
diveevo.pochtovik@yandex.ru

Паломнический центр
8 (831-34) 4-34-45

Наш баннер

Расписание богослужений

C 15 по 22 октября

15 октября, воскресенье. Неделя 19-я по Пятидесятнице. Сщмч. Киприана и мц. Иустины

Преображенский собор

5.15 Общая исповедь

5.30 Литургия

Троицкий собор

7.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

7.45 Общая исповедь

8.00 Параклис

9.00 Литургия

17.00 Всенощное бдение

16 октября, понедельник. Сщмч. Дионисия Ареопагита, еп. Афинского. Прп. Антония Радонежского

Троицкий собор

5.30 Полунощница

7.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

7.45 Общая исповедь

8.00 Литургия

13.00, 14.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

17.00 Вечерня и утреня

Казанский собор

11.30 Водосвятный молебен

17 октября, вторник. Сщмч. Иерофея, еп. Афинского

Троицкий собор

5.30 Полунощница

7.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

7.45 Общая исповедь

8.00 Литургия

13.00, 14.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

17.00 Полиелей

Казанский собор

6.45 Общая исповедь

7.00 Литургия

18 октября, среда. Свтт. Московских Петра, Алексия, Ионы, Макария Филиппа, Иова, Ермогена, Тихона, Петра, Филарета, Иннокентия и Макария

Троицкий собор

5.30 Полунощница

7.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

7.45 Общая исповедь

8.00 Литургия

13.00, 14.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

17.00 Полиелей

19 октября, четверг. Апостола Фомы

Троицкий собор

5.30 Полунощница

7.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

7.45 Общая исповедь

8.00 Литургия

13.00, 14.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

17.00 Вечерня и утреня

20 октября, пятница. Мчч. Сергия и Вакха

Троицкий собор

5.30 Полунощница

7.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

7.45 Общая исповедь

8.00 Литургия

13.00, 14.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

17.00 Вечерня и утреня с акафистом Благовещению

21 октября, суббота. Прп. Пелагии Прп. Трифона, архим. Вятского

Троицкий собор

5.15 Общая исповедь

5.30 Литургия

8.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

17.00 Всенощное бдение

Преображенский собор

7.45 Общая исповедь

8.00 Литургия

22 октября, воскресенье. Неделя 20-я по Пятидесятнице. Память святых отцов VII Вселенского. Собора Апостола Иакова Алфеева

Преображенский собор

5.15 Общая исповедь

5.30 Литургия

Троицкий собор

7.00 Молебен с акафистом прп. Серафиму Саровскому

7.45 Общая исповедь

8.00 Параклис

9.00 Литургия

17.00 Полиелей

общее время на генерацию страницы 4.7299 s
время на работу php-скриптов 4.4100 s
время на запросы к БД 0.3199 s
запросов к БД 223

Библиотека

Память преподобного Серафима Саровского

Протоиерей Димитрий Смирнов

В отрывке из Священного Писания, который мы сейчас читали, евангелист Лука повествует нам о речи Христа Спасителя к народу, который Его окружал. «Блаженны нищие духом... блаженны алчущие ныне... блаженны плачущие...» Каждый человек стремится к блаженству. Люди называют это счастьем. Что такое счастье? Счастье — это когда человеку хорошо, когда он достиг всего, к чему стремился, и у него нет никаких желаний, потому что все уже исполнилось. Людям, примитивно устроенным, обычно что надо? Чтобы квартира была не какая-то там стокомнатная, но чтоб каждому члену семьи по комнатке; чтобы потолки были не обязательно четыре метра, но хотя бы два девяносто; чтобы этаж был не первый и не последний; ну и шапка на голове не обязательно за девятьсот, а хотя бы за триста пятьдесят. Чтобы зарплата хорошая, хотя бы рублей четыреста или триста, сапоги за сто двадцать, телевизор обязательно цветной, и стенка, и ковер, и хрусталь. Что еще? Можно еще кошку завести или собачку. Ну и муж, дети. Пятеро — ну куда так много? Один — вроде мало. Значит, двое детей — мальчик и девочка. И конечно, чтобы были послушные: что бы ни сказал, тут же сразу делали, и учились, может, не на все пятерки, но чтоб большинство было пятерок. И муж чтобы не пил, не курил, чтобы до копейки зарплату отдавал, все покупал бы, что мне захочется. Увидела: какая кофточка хорошая — и чтобы мне такую. И вот оно, счастье.

Да, еще самое главное забыл — здоровье. Вот если еще здоровье, да еще дети здоровые, да если бы еще никто взаймы не просил, то тогда вообще все хорошо. Ну и, конечно, чтобы на работе уважали, вовремя премию давали, пусть не больше, чем всем, но и не меньше. Чтобы стаж, продвижение по службе, чтобы замечали, ну не обязательно чтобы самого первого награждали, но уж если всем прибавляют, то и мне. Не дай Бог, не прибавь-ка мне пятнадцать рублей, когда всем прибавили. И вот если это все соблюдается, человек счастлив. Вроде бы. Но на самом деле смотришь, а душе его все как-то неймется, что-то еще хочется: начинают участки на работе раздавать — дачу надо строить, а там много всяких сложностей. И все выходит, что счастье как-то не достигается.

Я с одним парнем в больнице лежал. Он говорит: ну все есть, машина, жена уже вторая, хорошая, а что дальше делать, не знаю. Вот сейчас цель в жизни получилась: руку он себе повредил, надо руку восстанавливать, операции делать. Ну, руку починят, а дальше что? Он уже не знает. Еще он в шахматы хорошо играет: то я его обыграю, то он. И его счастьем в данный момент было, чтобы обыграть. А дальше-то цели нет, потому что на самом деле человек — существо духовное, и, чтобы достичь блаженства, ему недостаточно одеться, обуться, золотые зубы вставить. Ему этого не хватает, ему надо что-то еще, еще, еще. И очень давно, много тысяч лет назад еще царь Соломон, который достиг всего — он был самый богатый на земле человек, самый умный, самый образованный, жен у него было семьсот, так что и тут все в порядке; что только душа ни пожелает, все-все было, — но он сказал: все это суета. Он глубоко понял, что, чем бы человек ни насыщался внешним, этим не насытишься.

И Господь пришел на землю, чтобы показать иное блаженство. Наша душа духовна, и, когда она соединяется с Богом (а Бог есть Дух), тогда-то и наступает блаженство, покой. Вот как ребеночек — ему спокойно, только когда он на руках у мамочки, хотя она вроде бы его от земли оторвала, вроде ему неустойчиво, но он чувствует ее теплые руки и что его любят. Поэтому ему хорошо, поэтому он просится на ручки, ему нравится. И на ручках он сразу поднимается высоко, вровень со взрослыми, ему все видно. Так же и человек, когда с Богом соединяется, он поднимается высоко-высоко к Небу, и ему оттуда все видно, все тайны Божии — все становится открытым. Поэтому святые угодники Божии и были прозорливыми.

Серафим Саровский, память которого мы сегодня празднуем, будущее, настоящее и прошлое читал, как в открытой книге. Придет к нему человек на исповедь, батюшка его с любовью принимает, называет ласковыми словами, приглашает в келью и начинает рассказывать его грехи: голубчик, ты помнишь, в этом году ты это сделал, а в том то. И человек выходит весь в слезах, преображенный, кается, начинает новую жизнь. Он понимает, что батюшка его укорял не со злобой, а в духе кротости: ну что же ты дошел до такой жизни — и думаешь, что никто не видит, никто не знает? Бог это знает и мне открыл, что у тебя такие-то, такие-то есть грехи. Ты пойми, это же нехорошо. И душа человека пробуждалась.

Преподобный Серафим удивительные вещи прозревал на много десятков лет вперед. Многое из того, что он говорил, исполняется сейчас. Он, например, сказал: когда я умру, то запоют Пасху зимой. Так и случилось, потому что во время отпевания такое было ликование, что пели Пасхальный канон. А еще он говорил: моя смерть откроется пожаром. И действительно, когда он умер, стоя на коленях перед иконами, скамеечка загорелась, потому что свечка упала. То есть все было ему открыто, и тут не было никаких гаданий, потому что как для Бога нет ни будущего, ни прошедшего, ни настоящего, так и угодники Божии, когда Господь берет их в Свою руку, достигают этого блаженства.

А что из такого обычного, как мы говорим, человеческого Серафим Саровский имел? Носил все время одну одежду и летом и зимой — из грубого полотна балахон. Ходил в лаптях, келью под конец не топил даже зимой. Ел одну траву снитку — летом зеленую, а на зиму сушил. Вот такое было его трудное житие. Сперва у него и огородик был, и хлебушка ему приносили, и шатун-медведь даже зимой приходил к нему, ласкался, и Серафим уделял ему хлеба. Медведь не мог его тронуть, настолько он был свят. Потом он и огородом перестал заниматься, некогда ему было. А что же он делал? Он все время молился Богу, он все время с Богом пребывал, он не мог никак на эту чепуху отвлечься, чтобы обед какой-то готовить, парить, стирать, мыть — нет, нет, только молитва. Конечно, он от молитвы отвлекался, чтобы Евангелие почитать. Каждую неделю весь Новый Завет целиком прочитывал: в понедельник — Евангелие от Матфея, во вторник — от Марка, в среду — от Луки, в четверг — от Иоанна, в пятницу — Деяния апостолов, в субботу — апостольские послания, а в воскресенье — Апокалипсис. И так каждую неделю. Нам лень даже один раз открыть почитать, а он читал, наслаждался каждый Божий день. Вот поэтому ему некогда было ни стирать, ни шить, ни обед готовить.

И имя ему дали в монашестве Серафим, что значит «пламенный». Потому что он ничего, кроме Бога, не любил и только боялся, как бы Бога не обидеть, чтобы Бог от него не отошел, чтобы он не потерял вот это блаженство. И когда кто к нему приходил, а разные люди приходили, и высокопоставленные, и простые, и заблудшие, всякие, он каждого встречал с радостью: «Радость моя, здравствуй, Христос воскресе!» — каждого обнимал, целовал непритворно, потому что у него на душе была такая радость, которая нам с вами даже и не снилась. Мы иногда только в храме можем ощутить какое-то подобие той радости, которую он испытал. А он в этой радости жил и, естественно, страшно боялся ее потерять. И один случай свидетельствует о том, насколько этот страх Божий был велик.

Однажды двое крестьян пришли и начали у него спрашивать деньги. Он говорит: у меня нет, но они не поверили. А Серафим Саровский ходил по лесу всегда с топориком, и сам он был довольно высокого роста, никогда физической работы не чуждался, был очень человек сильный. Те подвиги, какие он совершал — на камне стоял тысячу дней и тысячу ночей, — говорят о том, что у него было редкое физическое здоровье. Он, конечно, этих двух мужиков мог так лбами стукнуть, что только бы искры полетели. Но он нет, взял топор и зашвырнул подальше, чтобы не искушаться, и предался в волю Божию. Они его жестоко избили, у него кровь из горла пошла, он даже стал горбатеньким с тех пор. И вот нашли тех мужиков и решили их отдать под суд. Но Серафим Саровский знал, что надо прощать, любить врагов, и он велел этих мужиков простить. Говорит: если вы их засудите, я из вашего монастыря уйду. И их отпустили. Но Господь их потом, конечно, наказал: у обоих сгорели дома.

Велел Господь суд отдавать Богу — и Серафим решил так и сделать, хотя по закону их надо было наказать. Но он боялся: а вдруг, если их накажут, я лишусь благодати Божией. Пусть побили, пусть до крови, пусть сделали инвалидом, но только бы благодать не отняли! Вот какое было пренебрежение даже к собственному здоровью. То, что у людей земных, мирских ценно, он ни во что вменял. Поэтому и не владел никаким имуществом. Однажды у него спросили: а современные люди могут быть святыми, как древние христиане? Он ответил: могут, только им одного не хватает — решимости.

Мы, конечно, не можем такой святости достичь, потому что у нас нет такой решимости, нет такой ревности. А у него решимость была на десятерых. Поэтому его народ православный и любил и вскоре после смерти прославил, и вот сегодня память его совершается. Но каждый из нас может свою меру благодати Божией получить: кто пять талантов, кто десять, кто два, кто один — кто на что способен. Каждый ребеночек, рождающийся в Африке, в Китае, в России, где угодно, — каждый заметен у Бога, и каждому Господь хочет дать благодать Божию, каждому хочет дать блаженство. Апостол Павел говорит: много звезд на небе, и одни поярче, другие поменьше светят, а есть еще луна, она еще больше сияет, а есть еще солнце, и оно затмевает все. Вот так же и святые угодники Божии: одни сияют малым светом, другие большим, а некоторые сияют, как луна. И каждый, если потрудится над своей душой, получит — один много, как Сергий или Серафим, другой еще больше, а некоторые поменьше — каждому своя мера.

И если мы будем стремиться к этому блаженству духовному, значит, мы будем истинными учениками Христовыми, потому что Господь сказал: «Царство Мое не от мира сего». А если мы хотим иметь царство от этого мира, здесь, на земле, пожить, устроиться, то отнимется у нас и то, что мы имеем. Что же отнимется? Да все. Здоровье отнимется? Отнимется. Одежда отнимется? Отнимется, в одном пиджачке или платьице похоронят. Квартира отнимется? Отнимется. Что нам уготовано? Два аршина земли в длину, два в глубину. Вот вся наша квартира: поменяем с трехкомнатной на одну комнату, в которой не повернешься. Книги отнимутся, телевизионные программы отнимутся. Еще что для нас дорого? Дети? И дети отнимутся. Сама жизнь отнимется. Еще немножко, и мы все с вами умрем, и все, чем мы жили, все от нас отойдет.

А чем же мы будем жить там? Кто жил Богом, тот, конечно, получит полноту бытия. Здесь, в земной жизни, человек к Богу стремится, но ему все что-то мешает: надо и то делать, и это делать. Бывает, хочется ему в храм пойти, а нет возможности. А там уж все дела отпадут, все земное кончится, останется одно небесное. А кто к небесному не стремился, а жил страстями, тот и там будет жить страстями. Но только на земле можно страсть удовлетворить: понравилась какая-то красотка, бросил жену, пошел к ней — и получил некоторое блаженство; налили стакан, выпил — блаженство; распечатал пачку сигарет, закурил — блаженство; у телевизора целый день просидел — блаженство; в гости сходил, тридцать салатов съел, а потом еще торт — опять блаженство. А когда умер, там ничего этого нет. Хочется сладенького, и в кино сходить, и закурить хочется, особенно хочется выпить, но некуда налить, тела-то нет, его черви съели, а желание осталось. Поэтому все эти желания будут человека мучить, они будут его жечь. Потому и говорится: огонь геенский. Это жуткое состояние души человека, который жил в страстях. Зависть удовлетворить нельзя, жадность удовлетворить нельзя, обжорство удовлетворить нельзя, блуд никак не удовлетворишь. Сплошное страдание. Поэтому человек, когда умирает, если он стремился к Царству Небесному, стремился к духовному блаженству, он приобретает его в полноте. Бог его принимает в Свои объятия. А человек, который не знал духовного, не стремился к духовному, он, наоборот, погружается в ужас страстей.

Господь пришел на землю для того, чтобы нас спасти, чтобы нам дать возможность уйти от этого ада и войти в Царствие Небесное, пока не поздно. И многие люди на земле прожили такой жизнью — и угодник Серафим, которого мы сегодня прославляем, и Иулиания Лазаревская. Некоторые говорят: монаху, конечно, легко, он там в лесу молится, у него ни забот, ни хлопот. А Иулиания была не монахиня, жила в миру, вышла замуж, была многодетная мать. И детей воспитала, и все успела: стирка, хлопоты, — и прославилась своей святостью, потому что, несмотря на большую семью, она все время в церковь устремлялась и так Бога любила, что чудеса начала творить своей молитвой. Что ни попросит у Бога, Господь ей все давал. Люди об этом прослышали и стали просить ее молитв. Но самое главное — что она даже от детей своих отрывала и давала нищим, настолько любила всех людей. И за эту любовь Господь ее прославил как святую.

Вот в один и тот же день, правда, в разные годы умерли многодетная мать и преподобный Серафим — девственник. Совсем разные подвиги. И оба в Царствии Небесном. Конечно, слава Серафима больше, чем Иулиании Лазаревской, но все равно они в Царствии Небесном, все равно они в блаженстве, потому что они всю жизнь стремились к духовному. И нам надо так же. О материальном, конечно, тоже надо заботиться, это неизбежно: два дня пройдет, все равно есть захочешь, надо что-то и поесть. Два дня не поспишь, и уже носом клюешь, надо и поспать. Но мы-то все ищем себе отдыха, развлечений, ищем блаженства на земле, здесь хотим чем-то заменить блаженство небесное. А надо, наоборот, стараться от всех блаженств земных отказаться ради блаженства небесного и искать его, искать. Господь как сказал? «Ищите же прежде Царства Божия и правды его, и это все приложится вам», само приложится. Поэтому не надо так уж очень заботиться о земном. То, что нужно, Господь даст. Никто никогда у Бога не забыт. Воробей и то зимой кормится, а у него нет никакого социального обеспечения, ничего у него нет, Господь его питает. И нас пропитает, если мы будем стремиться к духовному.

Но Царство Небесное, конечно, не для всех, недаром оно называется Царством избранных. Званых много, Господь зовет весь мир, от Японии до Сан-Франциско, от Северного полюса до Южного: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас». Господь всех зовет, но люди в основном хотят здесь пожить: на машинке покататься, на курорты поездить, в ресторанчик сходить, кино посмотреть, наблудиться всласть. Как говорят: пожить. А некоторые прямо уже откровенно: пожить для себя. Вот вроде для своей души человек старается, а в Писании что по этому поводу сказано? Кто хочет душу свою сохранить, тот погубит ее; а кто, наоборот, отвергнется себя ради Меня и Евангелия, тот приобретет ее. Поэтому мы должны этот выбор сделать: для чего мы живем? какая цель нашей жизни? что нас ждет за гробом? И уже этого постоянно придерживаться, всегда, когда есть у нас выбор: грех или благодать, — всегда выбирать благодать, никогда не поступать ни против совести, ни против заповедей Божиих.

Хотя совесть у некоторых, конечно, спит или в полудреме находится, и мы часто не понимаем, что добро, а что зло. Поэтому для нас, для дураков, осталось Священное Писание. Не понимаешь — читай, здесь все написано, что хорошо, а что плохо, что правильно, а что неправильно. И долг каждого крещеного человека эту книгу изучить, по возможности выучить ее наизусть. Вот Серафим Саровский ее наизусть знал, и к нему многие приходили и спрашивали: батюшка, как поступить, так или так?

Почему человек сам не может решить? Что, батюшка умнее, что ли? Нет, не умнее, а просто батюшка лучше знает Священное Писание и может дать совет: Священное Писание в таком случае рекомендует поступать именно так, вот так будет по-Божьи, а так не по-Божьи. Поэтому если бы мы знали слово Божие, поступали по нему, мы бы никогда не заблудились, каждый раз нам бы Господь на ум приводил какое-нибудь место из Писания, подходящее к этому случаю.

Ум должен плавать в Священном Писании, весь наш ум должен им пропитаться, чтобы вся голова была словом Божиим наполнена. Мы должны знать его наизусть, должны всегда думать: а вот в таком случае как бы Господь Иисус Христос поступил? Как бы Серафим Саровский поступил? И сразу бы стало ясно как. Хотя очень трудно так поступать. Попробуй, когда тебя бьют до смерти, горбатым тебя делают, попробуй простить. Мы не можем простить самую мелочь: что-то она не так на меня посмотрела или прошла, не поздоровалась. И вот уже на двадцать лет разругались из-за такого пустяка. Ну а если по физиономии ударить? А если действительно, как преподобного, до крови избить?

Поэтому нам нужно еще много совершать добрых дел, чтобы наше сердце умягчилось, чтобы оно приняло благодать Святого Духа. Будем почаще вспоминать блаженного старца Серафима и просить у него помощи. Когда особенно нас мир утесняет, вспомним его злострадания, вспомним его молитву, вспомним, к чему он стремился. И нам надо устремляться к этому. Потому что все равно всех денег не заработаешь. Сколько бы зарядкой ни занимался, все равно умрешь. Сколько бы ни развлекался, все равно на Страшном суде отвечать придется. Поэтому будем стараться больше думать о небесном. Аминь.

15 января 1990 года