Ксенития, или странничество

Доклад наместника Свято-Троицкого мужского монастыря г. Чебоксары архимандрита Василия (Паскье) на межрегиональном совещании с участием монашествующих Нижегородской, Мордовской и Чувашской митрополий

(Свято-Троицкий Серафимо-Дивеевский монастырь, 22 ноября 2018 г.)

Это слово мало кому известно, и его трудно перевести на русский язык. Оно имеет греческие корни. «Ксенития́» употребляется по отношению к монашеству и обозначает добровольное изгнание.

Для русского человека слово «ксенития» ассоциируется с женским именем Ксения – это правильно, поскольку Ксения в переводе с греческого – иностранка, странница.

Сутью ксенитии является избрание жизни на чужбине в поисках Бога. Это уклонение от мира, чтобы целиком посвятить себя исканию Бога. Это уклонение от мира, чтобы целиком посвятить себя исканию Бога. Уход от своих родных, от своей страны, от своей языковой среды, чтобы найти тишину и отрешенность.

Ксенития – монашеская добродетель, она напоминает, что мы не из этого мира, а странники на земле, и наш путь направлен в Землю обетованную, то есть в Царстве Небесной, рай.

Сравнивая человеческую жизнь со спортивным состязанием, отметим, что, как во время забега на стадионе есть старт и движение вперед к цели, так и на жизненном пути у человека есть старт, движение и цель. Стартовый сигнал пистолета есть начальная точка отсчёта времени. Выстрел – и человек резко устремляется вперед, не оглядываясь. Его мысли, желание и стремление добраться до цели, не сожалея о первоначальном месте – оставленном месте старта.

Так было и с великим патриархом Авраамом: «Рече Господь Авраму: изыди от земли твоея, и от рода твоего и от дому отца твоего, и иди в землю юже ти покажу» (Быт. 12, 1).

Так было и с нашим Владыкой. В позапрошлом году мы отметили 85-летие митрополита Варнавы и его 40-летнее служение на Чебоксарскойц кафедре. Много сказано и написано к этим знаковым юбилейным датам, и мы очень гордимся своим Архипастырем, испытываем к нему сыновнюю любовь и считаем его своим любимым отцом.

При чтении книги митрополита Варнавы «С Богом всегда легко» для меня особенно ярко «ксенития» проявилась в двух событиях его жизни.

«С самого детства я хотел быть монахом. Никто мне этого не советовал. Ни живых примеров перед глазами, ни обителей рядом не было. Но мысль такая у меня была – хочу в монастырь» (с. 33).

Услышал зов. Господь положил цель в жизни, сказал: «Пойди в землю, которую Я укажу тебе». И он покинул свою родину, свою семью, а дома отца и самого отца уже давно не было. Этой землей стала для владыки Варнавы, тогда юноши Владимира Кедрова, Лавра преподобного Сергия Радонежского. Сам Владыка говорит, что «видимо, с рождения был мне начертан путь к монашеству». В ту пору монашество в России ассоциировалось с Лаврой, ее открыли в 1946 году. Он слышал в душе зов, но «многие желали бы туда, но ведь там не прописывают, туда только избранники попадают!» (с. 34). Путь в «Землю обетованную» казался закрыт, как Красное море для еврейского народа при исходе из Египта: «… и сделал море сушею, и расступились воды. И пошли сыны Израилевы среди моря по суше» (Исх. 14, 21–22). Так же и перед Владыкой открылся путь: «Срочно надо ехать, прописка есть. Пимен берет … На несколько месяцев открыли прописку для иногородних…» (с. 35).

Когда Бог зовёт – надо действовать быстро, быстро решение принимать. Сам Владыка пишет: «А если бы промедлил, или мама не благословила, мог бы и не попасть туда. Господь управил: такое окно было, как для меня прямо открытое. Месяца три оно было для иногородних. А потом даже москвичей не стали прописывать. Всё, закрыли!» (с. 35). Там с 1955 по 1976 год он думал, что пришел в «землю обетованную», которую Господь ему указал.

Монах Варнава привыкал к обители, постепенно прошел разные послушания, было время – даже нес послушание наместника Лавры, преодолел множество испытаний. «Преодолевать все эти искушения и испытания помогли молитва и послушание … Жили дружно. Не ругались, послушание исполняли с любовью…. Никто не роптал. И, действительно, когда послушаний много, глупость в голову не приходит. Трудишься с молитвой, а когда устанешь, ждешь отдыха» (с. 59). Трудился Владыка всегда много, погружал себя в послушания. Так и жил монах Варнава в обители, сроднился с преподобным Сергием. «Жил с обителью одной жизнью … понимал всю жизнь обители и ее назначение. Преподобный Сергий, видимо, с нами был, присутствовал незримо» (с. 69). Владыка «хотел в лавре всю жизнь жить монахом» (с. 84).

Но прожив в Лавре 21 год, Владыка опять услышал зов: «пойди в землю, которую Я укажу тебе». Владыка в своей книге «С Богом всегда легко» сказал: «Мне было явлено, сказали: “Готовься!”» (с. 82). Господь, через решение Священного Синода, сказал архимандриту Варнаве: «Изыди от рода твоего»: родной обители – Святой Троицкой Лавры, «из дома отца твоего» – преподобного Сергия Радонежского и пойди «в землю, которую Я укажу тебе» – землю Чувашскую. Без капли сомнений молодой епископ послушал волю Божию и собрался в землю ему совсем неизвестную.

«В незнакомый город, на чужую землю, к неизвестному народу… Я утешал себя всегда так: если Господь меня посылает, значит, Он все управит и даст мудрости мне. Я надеялся только на Бога. Так и было. Только на волю Божию надо полагаться, не на свою силу. Трудностей я не боялся. Я уже  пуганный был. И так пуганный, что, когда мне в свое время в милиции грозили: в Сибирь сошлем, убьем, я говорил: “У меня и папа и дедушка за веру погибли. И я так же хочу, как они. Не боюсь!”» (с. 86).

А в то же время в 1976 году, когда Господь позвал владыку Варнаву в Чувашию за тысячи километров от России, на диком Западе Господь звал молодого человека так же покидать землю свою, родственников своих и дом отца своего и идти в неизвестную землю, которую Господь ему показал. Этот юноша стал монахом, а та земля, куда Господь с нетерпением звал его, – это маленький монастырь «и́де в горняя со тщанием, во град Иудов» (Лк. 1, 39). Было угодно Богу, чтобы молодой монах встретился с владыкой Варнавой.

Тот монах в течение многих лет интересовался ранним монашеством, изучал жизнь преподобных, подвизавшихся в Иудейской пустыне, Газе, на Синае и в Египте и удивлялся, что практически все они были иноземцы. Все, как и Авраам, услышали этот зов. Как свидетельствует блаженный Иероним в одном из своих писем: «Каждый день приходят к нам толпы монахов из Индии, Персии, Эфиопии… армяне, гунны, готы, скифы».

В то время молодой монах увлеченно зачитывался трудами преподобного Кирилла Скифопольского, историка Церкви, жившего в VI веке, и подробно описавшего полтора века истории палестинского монашества. Он рассказал о жизни самых выдающихся палестинских отшельников: прпп. Евфимия Великого и Феоктиста, Кириака Отшельника и Герасима Иорданского, Саввы Освященного и Феодосия Киновиарха, Иоанна Молчальника и Феогния Витилийского. Из его сочинений молодой монах видел, что все основатели монашества на Святой Землей, кроме одного из последователей Евфимия, пришли из-за пределов Палестины – Каппадокии, Армении, Греции и Синая. Монашество Палестины V–VI вв. было  монашеством странников.

Ксенития процвела на земле Палестины и Синая, так, что преподобный Иоанн Лествичник посвятил этому целую ступень своей знаменитой «Лествицы». Ступень третья – странничество, или уклонение от мира: «… странничество есть отлучение от всего с тем намерением, чтобы сделать мысль свою неразлучною с Богом… Никто в такой мере не предавал себя странничеству, как тот великий, который услышал: «изыди от земли твоея, и от рода твоего, и от дому отца твоего» (Быт. 12, 1), и притом был призываем в иноплеменную и варварскую землю. …Иногда Господь много прославляет того, кто сделается странником по примеру сего великого; но хотя сия слава и от Бога дается, однако ее хорошо отвращать щитом смирения. … Пристрастие к кому-нибудь из родственников, или из посторонних, ведь вредно; оно может мало-помалу привлечь нас к миру и совершенно погасить огонь нашего умиления. Как невозможно одним глазом смотреть на небо, а другим – на землю: так невозможно подвергнуться душевным бедствиям тому, кто мыслями и телом не устранился совершенно от всех своих родственников и неродственников». Авва Андрей (Древний патерик) говорит: «Монаху приличны сии три подвига: странничество, бедность, молчание в терпении». Невозможно вести духовную брань в своем отечестве, страннику легче избегать всякой привязанности к родным, друзьям, обязательствам. Блаженный Иероним Стридонский в своем письме к Илиодору наставляет, что в своей стране нет возможности обрести мир, а там, где нет мира, ум часто отвлекается от своей цели. Монах не может найти покой – исихии. В Палестине монашество обретает особый аромат в связи с воплощением Сына Божия, и эта земля является великой святыней для поклонения с тех пор и по сей день.

Непосредственным отцом и основателем ксенитии является Авраам; это отражается в ранних монастырских текстах IV века, как, например, в письме блаженного Иеронима к Марцеле, где он старается непосредственно связать текст Библии «в землю, которую Я укажу тебе» и слово «Палестина», побуждая ее идти в Палестину, но в то же время текст «пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего, в землю, которую Я укажу тебе» (Быт. 12, 1) имеет более широкое толковане. Антоний Великий цитирует текст Библии об Аврааме как пример для монашеского делания (письмо 1): «Я думаю, братия, что души, которые влекутся к любви Божией, бывают трех родов, мужчины это или женщины. Есть такие, кто призваны законом любви, который в их природе и который изначальное Благо насадило в них при первом творении. Слово Божие пришло к ним, и они без малейшего сомнения последовали за ним с готовностью, как праотец Авраам, – ибо когда Господь увидел, что не по научению от людей он научился любить Бога, но по закону, вложенному в природу его с самого зачатия, Господь явился ему и сказал: «Пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего в землю, которую Я укажу тебе» (Быт. 12, 1). И тот пошел, не усомнясь и не помедлив, но готовый к своему призванию. Он – образец того расположения духа, которое и доныне пребывает во всех, кто идет по его стопам. Трудясь и ища страха Божия, в терпении и тишине они достигают истинного рода жизни, поскольку души их готовы следовать за любовью Божией».

Изучая призвание Авраама в книге Бытия, мы видим, что короткая фраза имеет огромное значение в жизни каждого верующего человека, подчеркивает веру, указывая на Авраама, как отца всех верующих. «Так Авраам поверил Богу, и это вменилось ему в праведность» (Гал. 3, 6–9), а в послании к Евреям не только вера Авраама подчеркивается, но и послушание в ответ на призыв Бога: Бог сказал – Авраам слушал – Авраам услышал – Авраам послушал – Бог показал. «Верою Авраам повиновался призванию идти в страну, которую имел получить в наследие, и пошел, не зная, куда идет. Верою обитал он на земле обетованной, как на чужой, и жил в шатрах с Исааком и Иаковом, сонаследниками того же обетования… Все сии умерли в вере, не получив обетований, а только издали видели оные, и радовались, и говорили о себе, что они странники и пришельцы на земле; ибо те, которые так говорят, показывают, что они ищут отечества. И если бы они в мыслях имели то отечество, из которого вышли, то имели бы время возвратиться; но они стремились к лучшему, то есть к небесному; посему и Бог не стыдится их, называя Себя их Богом: ибо Он приготовил им город» (Евр. 11, 8, 9, 13–16).

Здесь имеет смысл прочесть эти строки из Бытия – так называемое «призвание Авраама» – на языке Авраама, то есть на иврите. Когда Господь сказал Аврааму «изыди», на иврите это звучит: лех леха, буквально «иди к самому себе», что значит двигаться к высшей цели человека. Тогда становится понятным, почему Авраам начинает свое движение, не сомневаясь, не переживая и не откладывая. Можно предположить, что та земля, где он жил, Халдея, – не его отечество. В этом Авраам видел зов покинуть чужую землю и идти домой. В этом смысле монашеская ксенития имеет глубокое значение. Не только внешнее странничество (ксенития), то есть жизнь в чужой стране, но стремление к познанию себя для монашествующих имеет смысл духовной миграции. «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его» (Мф. 6, 33), а где ее искать? Где эта «земля обетованная»? «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17, 21).

Ксенития как добровольное изгнание, добровольное странничество – это совершение отречение от мира: «вы не от мира … Я избрал вас от мира» (Ин. 15, 19). Вся жизнь монаха – «забывая заднее и простираясь вперед» (Флп. 3, 13), к Небесному Отечеству.

Живя в Иерусалиме, наш молодой монах хвалился, что совершает монашескую благодетель – странничество (ксенитию): далеко от родства, от дома отца, от друзей. И был готов в таком положении жить все время, до того, как встретил нашего архипастыря владыку Варнаву, а через него снова услышал призыв Господа покинуть всё, к чему привык и что любил, ту землю, где нашел утешение и покой и идти дальше к себе.

В Палестине он думал, что живет по ксенитии, в странничестве, но он был среди своих, поскольку в монастыре были все из одной страны, общались на родном языке, молились на родном языке, мыслили на родном языке, а с появлением владыки Варнавы этот монах вновь четко услышал: «пойди в землю, которую Я укажу тебе». Без колебаний и сомнений, как Авраам, веря голосу Божию, он начал движение к новой стране. Не зная языка, не имея ни знакомых, ни адреса, только крепкую веру, что Господь все покажет. Так и было. Здесь неуместно рассказывать обо всех трудностях, слезах, опасностях на пути. Это его не пугало, а больше укрепляло веру.

Сорок лет прошло, как этот молодой монах покинул родину и отцовский дом, и сегодня он является гражданином новой страны, которая приняла его, обрел новых братий и сестер и имеет родного отца в лице владыки Варнавы. Но знает, что это еще временная родина. Он не потерял чувство, что все равно находится на чужбине. Земля обетованная рядом, но еще где-то не здесь, Владыка в своем наставлении священникам убедительно говорит: «Здесь, на земле, всё преходяще» (с. 155). Сын человеческий не имел, «где приклонить голову» (Мф. 8, 20), был странником на земле. На Страстной неделе, когда поклоняемся Плащанице, мы поём: «Приидите, ублажим Иосифа приснопамятного, в нощи к Пилату пришедшего, и Живота всех испросившего: даждь ми Сего странного, Иже не имеет где главы подклонити; даждь ми Сего странного, Егоже ученик лукавый на смерть предаде; даждь ми Сего странного, Егоже Мати зрящи на кресте висяща, рыдающи вопияше, и матерски восклицаше: увы Мне, Чадо Мое! увы Мне, Свете Мой и утроба Моя возлюбленная! Симеоном бо предреченное в церкви днесь собыстся: Мое сердце оружие пройде; но в радость Воскресения Твоего плач преложи. Поклоняемся страстем Твоим, Христе, покланяемся страстем Твоим, Христе, поклоняемся страстем Твоим Христе, и Святому Воскресению (стихира на целование Святой Плащаницы).

Действительно, Господь был странник на земле. Он «пришел к своим, и свои Его не приняли» (Ин. 1, 11). Он странствовал даже в утробе Матери, когда Она шла из Назарета в Горняя, «во град Иудов» (Лк. 1, 39), и когда «пошли все записываться, каждый в свой город, …из Галилеи, из города Назарета, в Иудею, в город Давидов, называемый Вифлеем, потому что он был из дома и рода Давидова, …с Мариею… Которая была беременна. Когда же они были там, наступило время родить Ей» (Лк. 2, 3–6); жил в изгнании, когда бежал от царя Ирода: «Ангел Господень является во сне Иосифу и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и беги в Египет, и будь там, доколе не скажу тебе, ибо Ирод хочет искать Младенца, чтобы погубить Его. Он встал, взял Младенца и Матерь Его ночью и пошел в Египет, и там был до смерти Ирода, да сбудется реченное Господом через пророка, который говорит: из Египта воззвал Я Сына Моего» (Мф. 2, 14–15), и когда возвращался из него, «по смерти же Ирода, се, Ангел Господень во сне является Иосифу в Египте и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и иди в землю Израилеву, ибо умерли искавшие души Младенца. Он встал, взял Младенца и Матерь Его и пришел в землю Израилеву» (Мф. 2, 19–21). Господь пребывал сорок дней в пустыни: «Иисус возведен был Духом в пустыню, для искушения от диавола» (Мф. 4, 1), затем странствовал в течение трех лет, проповедуя в Иудее, Самарии, Галилее, Финикии, Кесарии. И когда наконец прибыл в Иерусалим, «князи людстии» отвергли, осудили и распяли Его. Он сошел в ад, воскрес из мертвых и вознеся, возвращаясь к Отцу Своему. «А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими, которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились» (Ин. 1, 12–13).

Все истинно верующие являются чадами Божиими и воздыхают о Небесном Отечестве.

Владыка Варнава много лет путешествует, как Авраам, идущий к Земле, которую Бог показывает, и мы с ним идем, и, как любит говорить Владыка: «Я иду в Царство Небесное и вы все мои вместе со мной».

«И пошел Аврам, как сказал ему Господь. … И взял всех людей, … и вышли, чтобы идти в землю Хананскую; и пришли в землю Ханаанскую. …И явился Господь Авраму и сказал: потомству твоему отдам Я землю сию» (Быт. 12, 4–7).

Download Nulled WordPress Themes
Premium WordPress Themes Download
Download WordPress Themes Free
Download WordPress Themes Free
free online course
download huawei firmware
Download WordPress Themes
free download udemy course

Читать также:

О работе Синодального отдела по монастырям и монашеству

Доклад заместителя председателя Синодального отдела по монастырям и монашеству, настоятельницы Зачатьевского ставропигиального женского монастыря г. Москвы игумении Иулиании (Каледы) на межрегиональном совещании с участием монашествующих Нижегородской, Мордовской и Чувашской митрополий (Свято-Троицкий Серафимо-Дивеевский монастырь, 23 ноября 2018 г.) В 2018 году исполнилось 30 лет с начала всеобщего возрождения духовной жизни, восстановления храмов и обителей в Русской Православной Церкви […]

Школьный хор

До революции в Дивеевском монастыре была церковно-приходская школа с приютом для девочек-сирот, которые обучались пению образованными монахинями. Воспитанницы приюта принимали участие в службе: очередные ученики читали в церкви, певчие вместе с учителем пения становились на клирос. В 1903 году при посещении приюта царем Николаем II и царицами Александрой Феодоровной и Марией Феодоровной девочки встретили державных […]

Село Красное

Святая Русь. Малая родина Я помню… Где-то, среди тверских лесов и удомельских болот, затерялась небольшая деревенька. Таких в округе много. Еще живых и уже исчезнувших… Милые и незатейливые названия: Ежиха, Рябиха, Деревяжиха, Ишутиха, Красное, Братцево… В тех деревнях и селах, где жизнь еще теплится, с каждым годом становится все больше заброшенных и заколоченных домов. Вот […]